В конце концов, чуть не против своей воли, он повернулся и спросил:

— Как долго у вас с ним продолжалось?

— Что ты хочешь сказать? — холодно ответила она.

— Я хочу сказать, как долго у вас с ним продолжалось?

Она подняла голову, отвернув от него лицо. Она отказывалась отвечать. Потом сказала:

— Я не знаю, что ты хочешь сказать этим «продолжалось». Я любила его с первых дней нашего знакомства… это было через два месяца после того, как я поселилась у мисс Бёрч…

— И, как ты полагаешь, он тебя любил? — язвил он.

— Я знаю, что любил.

— Откуда ты знаешь, если он не пожелал больше знаться с тобой?

Последовало долгое молчание, полное ненависти и страдания.

— И как далеко у вас зашло? — спросил он наконец испуганным, сдавленным голосом.

— Мне отвратительны твои вопросы вокруг да около! — воскликнула она, вне себя от его измывательств. — Мы любили друг друга, и мы были любовниками — были. И мне все равно, что ты думаешь, — что тебе за дело до этого? Мы были любовниками до того, как я вообще познакомилась с тобой…

— Любовниками… — повторил он, белый от бешенства. — Ты хочешь сказать, что поразвлекалась с воен ным, а потом заявилась ко мне, чтоб я на тебе женился, когда у тебя…

Она сидела, глотая горечь. Наступило долгое молчание.

— Ты хочешь сказать, что тогда ты пошла… на все? — еще не веря, спросил он.

— Ну а что я еще могу, по-твоему, иметь в виду? — грубо выкрикнула она.

Он съежился, побледнел, как-то обезличился. Наступило долгое, скованное беспомощностью молчание. Казалось, он сделался меньше.

— Ты не подумала сообщить мне все это до того, как я на тебе женился, — наконец произнес он с горькой иронией.

— Ты никогда меня не спрашивал, — ответила она.

— Я никогда не думал, что есть такая необходимость.

— Ну, значит, тебе следовало подумать.